Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

"Камень преткновения"...

Восток колыбель духовных учений, наук и религий. Более того, тот факт, что на Востоке то и дело зарождаются новые религии, новые цивилизации, новые науки и философские течения, говорит о том, что на Востоке живут зарожденцы.

Россия, каждый век забывает нюансы прошлого, упорядочивает хаос и принимает новые формы. В то время как ей постоянно предрекают скорую погибель и грозят полным уничтожением. Но она, «как Феникс из пепла»… Это говорит нам о том, здесь находится цивилизация перерожденцев.

Европа же, каждый век предсказывает себе закат и вырождение, но как стояла, так и стоит. Закатывается, да никак не закатится. И только всё хаотизирует, «множит сущности», «жует пережеванное» и дробит раздробленное, на всё более мелкое… Это говорит о том, что Европа – цивилизация вырожденцев. И название имеет соответствующее – западная цивилизация.

Кстати, им удалось все восточные сокровища, у которых был статус духовных, перевести в денежный эквивалент, и придать материальный статус. Они всё умело монетизируют – культуру, историю, религию…

Мир движется к закату, потому что цивилизация вырожденцев, взяла большую часть территорий мира в свое распоряжение. Неспроста, конечно. Потому что все цивилизации мира пополнились вырожденцами. Кали-Юга.

Все говорят, что аферисты – это плохо, но все любят аферистов, то есть любят делаться от них без ума. Люди перестали отличать тишину ума от тех или иных форм социального безумия ;) Кстати, слово афера означает непринципиальность. Ferrum (железо) - от слова твердость. И вообще, корень - Fer в латинских языках означает действие, движение, силу, остроту, как лезвия, так и наконечника стрелы. Другими словами, афера – это действие, лишенное подлинности и принципов, отточенности и твердости.

Т.о. человечество обнаружило в себе преобладающее свойство/качество, то есть его отсутствие – твердость в достижении чего-либо, решительность в отдаче чему-либо. А теперь дело за тем, чтобы преодолеть его/прейти в новое. Сатья-Юга. А для этого надо отдаться… Сатье1
_______________
1 Сатья (санскр. सत्य) — правдивость. Понятие индийской философии, один из принципов ямы. Сатья означает внутреннюю правдивость, честность во всем: (в мыслях, словах, поступках), непременное исполнение своих обещаний и обязанностей. Заповедь «Не лжесвидетельствуй».

Берлинский экспресс (2001)

Воистину, от падения в пропасть, может удержать только один якорь - божественный. Ни наука, ни культура, ни даже философия.

Потому и Союз не устоял.

Правда, люди всё ещё путают религию с верой, с истиной. Может поэтому и не проходит на земле без войн ни одного столетия.

In-Freibug-Sein (реж. Артур Дугин)

"Человек может стать местом, где бытие обнаружит себя",
а может и не стать...

Да́зайн (нем. Dasein [ˈdaːzaɪ̯n] слушать.
Дазайн, похоже и есть осознанное присутствие в моменте, в тишине, то о чем сегодня говорят т.н. адвайтисты.

Хермания от лат. Germanus — «единоутробный», «близкий», «родной». Что для немцев Германия родная, это понятно ;) А вот что русским философам до Германии? ;)

То что у немцев "вот", у поляков "так", у русских - "да" ;)

https://paideuma.tv/video/freibug-sein-rezh-artur-dugin?fbclid=IwAR2ZOj4vvM5GZObKNTKVt5yFxc0DBkMy3g5pUeW_E8OJ_PvRWWbcIPlxkM4#/?playlistId=0&videoId=0

И совсем другое дело, когда Бибихин вгружается в Шопенгауэра, который вгружается в адвайту ;)

И совсем другое дело, когда Бибихин вгружается в "Шопенгауэра", который вгружается в адвайту (упанишады)...
На выходе поразительно точно, наверно, даже индус, хранитель источников адвайты и носитель индуизма не передал бы точнее ;)
Понятно, что здесь опыт самого Бибихина, его глубина погружения, реальность всегда откликается и раскрывает пытливому исследователю максимально возможное...

***
"Когда человек опускается, или поднимается, до того, что Шопенгауэр называет «чистой субъективностью», где вместо плетения отношений между предметами начинается «созерцание» и открывается существо вещей в себе и мировое целое, Weltganzes , где суждению и расчету уже нечего делать — там ведь мир не другой! Он тот же самый остается и, так сказать, получается даже намного хуже: пока человек был занят прослеживанием, в разных своих интересах, причинно–следственных цепей, ему еще могло казаться всякое, мир мог повертываться к нему разными сторонами. Оборотничество вообще говоря случается с миром раньше чем мы успеваем проследить; мы уже только задним числом замечаем что мир обернулся, не успеваем дать определение происшедшему. Когда открывается всё как есть, иллюзий уже не остается: мир это безысходная борьба воль, всеобщее взаимное поедание. Мир пахнет адом, и от этого запаха уже никуда не денешься. Пока человек был занят своими маленькими гешефтами, он в увлечении не замечал пока этой сути мира, как, говорит Шопенгауэр, мельник, занятый делом, не прислушивается к шуму воды под мельничным колесом и парфюмер не принюхивается к запаху своего магазина. Но вот мир открылся как он есть, и что происходит: никакой другой светлый или лучший мир не обнаруживается, с последней ясностью человек не умозаключает даже, а ощущает, обнаруживает себя как заряд воли, и во всём другом ему открывается он же сам, это ты, всё такие же узлы, образования воли, от которых не жди пощады.

В том «прочном покое созерцания», в котором тонет, растворяется кошмар, активность воли конечно прекращается, но человек с предельной ясностью видит, что стоит ему начать движение, хотя бы шевельнуться, и мельница воли снова пойдет, потому что, так сказать, ни к чему другому его организм не приучен кроме как к самоутверждению. И расширению сферы влияния. Он и рад бы не топтать, но будет губить растения (гегелевская корова), животных, нечаянно ломать собой другие существа и сам одновременно катиться к смерти. Остановить мир он не может, затормозить колесо не в силах, всё так устроено с самого начала. Человек попал в историю раньше чем заметил. Всё только осложняется тем, что можно сказать: мира нет. Сказать что мира нет, выражение бессмысленное, только поступком это можно отстоять, подтвердить, и тогда к сплошной вовлеченности человека лишь прибавляется еще и эта забота.

Ничего себе уход из мира. Мир наваливается на человека страшной тяжестью. Уж скорее уходом из мира в келью, кабинет, контору были разные спиритуалистические, научные и спекулятивные манипуляции человека, дававшие ему забыться, функционировать и вживаться в свои функции особенно не думая. Таким стало быть оказывается настоящий уход из мира — навстречу миру, в самую середину его гнета?
Когда покрывало Майи, говорит Шопенгауэр, начинает редеть, когда эгоистическое разграничение между своей личностью и другим для человека делается сомнительным и страдание другого, состояние любого становится для человека его собственным, то до конца открывается та бездонная пропасть, которая только проглянула в маленьком деле милосердия: оказывается, что конца принятию на себя беды мира нет. «Тогда само собой следует, что такой человек, который во всех существах узнает себя, свою самую интимную и истинную самость, должен и бесконечные страдания всего живущего рассматривать как свои и так взять на себя боль всего мира. Для него уже никакое страдание не чужое. Все мучения других, которые он видит и так редко умеет смягчить, все мучения, о которых он не имеет непосредственных сведений, даже все, которые он считает лишь возможными, действуют на его дух как его собственные». Раньше ему могло казаться, смотря по настроению, что мир то ужасен, то не так уж плох, а иногда и совсем хорош. Он всё мерил своей личностью. «Теперь он узнает целое, воспринимает его суть и находит, что всё охвачено неостановимым уничтожением, пустым порывом, внутренним противоречием; видит, куда ни посмотрит, страдающее человечество и страдающее царство зверей и исчезающий куда-то мир. И всё это теперь касается, задевает его так же, как эгоиста — только его собственная личность».

Отсюда, из этого прозрения, из такой завороженности состоянием мира, своим собственным, нет никакой возможности чтобы человек еще захотел как-то им оперировать. Человек замирает в недвижности, безвольный: довольно с него и той воли, какою он является в своем существе. В нем проснулось другое, неведомо что, не знание — знание кончилось, — но разбужена отрешенность, давшая о себе знать в открытии это ты. «Как же ему тогда, как он может тогда, при таком видении мира, утверждать эту самую жизнь [стоящую на мобилизации] настойчивыми актами воли и тем самым еще прочнее себя с ней связывать, крепче к ней прижиматься? Нет, если тот, кто еще в тенетах… эгоизма, знает лишь отдельные вещи и их отношение к своей личности и они становятся всё новыми и новыми побуждениями (мотивами) его воли, то, напротив, описанное выше познание целого, существа вещей в себе, становится успокоением всякой воли, любого желания. Воля тогда отворачивается от жизни; у нее судороги отвращения вызывают удовольствия жизни, в которых она узнает свое самоутверждение. Человек достигает состояния добровольного отречения, резиньяции, истинной отрешенности и полного безволия»".

***
… "не помня о высоком пороге, который переступает Шопенгауэр к правде ты ecu, изображают его мысль в виде нирваны, которую понимают еще как бесчувствие. Даже такой философ как Валентин Фердинандович Асмус пишет в своей статье о Шопенгауэре в «Философской энциклопедии» в эпических тонах, что при переходе к совершенной аскезе «с растворением индивидуальной воли в мировой, с ее переходом в небытие сам собой превратится в ничто и весь остальной мир» . Это не так. Дешевое понимание Шопенгауэра в знакомом плане распада, угасания, безнадежности, якобы «нирваны», доходчиво и легко узнаваемо, по привычному опыту большинства, но не из него ли прежде всего философ искал выхода. Правда, здесь действительно трудно. Шопенгауэр говорит даже, что настоящее дело философии собственно видеть полярность, открывающуюся с преодолением слепоты воли. Другая воля, противоволя, которая ведет якобы к «нирване» — да, она ведет к нирване, только надо понять нирвану правильно, и ведет она не через распад, а через бодрое сосредоточение всего человека, собирание его — эта новая воля проходит человека как молния, неостановимо, и выносит за пределы времени и смерти".

Бибихин В. В. Курс лекций. Узнай себя. 1990 г.

"Сократ" (1991 Россия )

Вот фильм, «Сократ», 1991г., люди через т.н. греческую философию всегда стремились выглядеть умнее.
Вот и в этот раз, смотришь фильм. Вроде все умно, и даже фильм начинается с того, что человеческая глупость - это материал для философии, то есть для любого философа. Действительно, ни одна философия не может прожить без человеческой глупости, так же впрочем, как и религия: нечего было бы обличать и критиковать, не было бы ни религий, ни философий. Однако, сколько во всех этих рассуждениях однобокости. В сущности, какая разница, какие человек будет совершать поступки, если, пусть не всё, но многое - предрешено. Можно сказать, что не предрешено, и что человек сам себе хозяин. Но достаточно ответить на вопрос – «что предрешает все результаты»? Характер человека, его свойства, его намерения. А это то, что человек изменить не в силах.
Поэтому можно совершать героические поступки на пределе возможностей, перешагивать через себя и потом об этом сожалеть, а потом считать это чем-то совершенно ничтожным: усилий много, а результат, не просто нулевой, минусовой. Можно верить, что суммой этих усилий заслужишь перемену своих свойств. Но опять-таки, кто решает, сколько должно быть приложено усилий? А когда усилия прикладываются легко, кто-то усложняет дело. Кто это? Казалось вот ещё чуть-чуть и отдохнешь, а тут после «чуть-чуть» новая ступень. Если не поднимешься, останешься в состоянии замкнутого пространства. В заключении. Казалось бы, в сущности, все же в заключении, а чего тебе дергаться?
Не каждому хочется совершать поступки, которые может, приведут к изменению характера в лучшую сторону, а может и не приведут. Более того, человек однажды раскрывает, что его поступки приводят к тому, что его характер ухудшается, и его намерения становятся тем же, чем они были изначально (в то время когда он хотел и решил изменить себя), только хуже, потому что без налета иллюзий и веры в то, что что-то может измениться к лучшему. Нет, измениться не в мире, а в себе. И человек не может себя заставить идти дальше. Думаю, нет людей, которые бы полностью были собой довольны. Если такие есть, то это не люди.
Человек пытавшийся изменить себя и не сумевший, человек, как этот бедный Сократ, пытавшийся противостоять общественной машине в 99 случаях из 100 просто перестает чего либо хотеть, потому что он не желает предпринимать усилий для того, чтобы стать хуже. А хуже он станет потому, что этот мир в совокупности хуже любого одного из. И как известно «много» больше «одного» и побеждает то, чего больше.
Кто такие хорошие и плохие люди? Такое ощущение что все плохие, просто каждый в чем-то своем.
Откуда Сократу знать, что другим разум подсказывает то же, что и ему?
Откуда ему знать, что у других тоже есть душа, то есть она зряча?
Будить души других - неблагодарный труд. А глаза и подавно не вставишь, за это отвечаем не мы, а высшие силы.
Рано или поздно мы сдаем позиции, мы передаем эстафету. Мы даже не знаем, кому предаем, потому что больше не верим, что есть те, кто способен это нести. Просто сбрасываем этот груз и говорим - «с меня хватит». Смотрю, кто-то потирает ручки и довольно ухмыляется. Рано, рано. Мы не можем быть уверены, что нам позволят это сделать. А если и позволят, если и есть свобода воли, а в этом она точно есть, то мы сами себе этого не позволим. Потому что обратного пути нет. Мы четко осознаем, что этот архаический бывший мир нам не интересен, значит можно двигаться только вперед, к новому миру. Пусть даже мы его не видим. Бывший архаический мир - хуже смерти. Таким образом, очень легко отличить подлинник от подделки. Тот кто может от этого отказаться, тот этим и не был, потому что обратного пути нет. И кто-то незримо хлопает по плечу и говорит – «И ты не радуйся, потому что никто не доказал тебе, что ты подлинник». И поневоле задумаешься, о том что возможно твое окончательное падение и отказ от пути ещё последует.

Цитаты из фильма:

Все хотят добыть цветню тунику, украсить дом цветными амфорами, но почему-то мало кто хочет узнать как стать добрым и справедливым. Не сознавая добра, справедливости душа человека слепа. И целые государства погибали и будут погибать, если не будут отличать хороших людей от плохих.

Я любил ходить на рынок и смотреть, как много в мире вещей, без которых можно прожить. С самых давних времен считалось, что люди не вольны в своих поступках, не в добрых, не в злых, ведь все их деяния - это воля богов. Я первый спросил себя и спрашивал других - а что же человек? разве он не в силах поступать так, как подсказывает ему разум?

Преступное правительство Афин, лишившее вас власти, а некоторых и права жить в Афинах больше не существует. Отныне вам тридцати олигархам вручается вся полнота власти. С каждого из вас (тридцати олигархов) мы будем жестоко спрашивать, за выполнение условий нашего мирного договора. Это Перикл придумал демократию для Афин. Демократия уродливый, беспорядочный строй. Исправьте историческую ошибку.
Кстати, весьма вписывается как прелюдия к событиям 90-х, никто не собирался строить демократию, потому что она у нас была, её как раз собирались разрушить. Уж где-где, а только у нас народ что-то решает, и народ может сохранить страну даже в периоды анархии.

Власть – всегда насилие.

Этот Критий первый из назначенных спартанцами олигархов, считал себя моим учеником. Я помню, как он клялся мне, что убьет каждого, кто посягнет на афинскую демократию, или займет какой-нибудь государственный пост, если демократия будет свергнута.

Жестокосердный Павсаний, твой меч не пересыхал от крови, твоим именем пугали детей. А мне казалось, что душа у него как у женщины: он что-то ищет, мечется, и как все правители сам не знает, что совершит в следующую минуту.

PS И среди правителей бывают исключения. Но и исключения зависят от окружения. Нет ни одного свободного от окружения человека.



Русское западничество как проявление азиатчины...

Оригинал взят у arguendi в Русское западничество как проявление азиатчины


"Долгие десятилетия западничество было господствующим направлением русской мысли. Ни один народ не доходил до такого самоотрицания, как мы, русские. Явление - совершенно невозможное на Западе, где пышно расцвел национализм. И где же можно найти настоящее обоготворение Западной Европы и западноевропейской культуры, как не в России и не у русских?

Отрицание России и идолопоклонство перед Европой - явление очень русское, восточное, азиатское явление. Именно крайнее русское западничество и есть явление азиатской души. Можно даже высказать такой парадокс: славянофилы... были первыми русскими европейцами, так как они пытались мыслить по-европейски самостоятельно, а не подражать западной мысли, как подражают дети. Славянофилы пробовали делать в России то же, что делал в Германии Фихте, который хотел вывести германское сознание на самобытный путь.

А вот и обратная сторона парадокса: западники оставались азиатами, их сознание было детское, они относились к европейской культуре так, как могли относиться только люди, совершенно чуждые ей, для которых европейская культура есть мечта о далеком, а не внутренняя их сущность. Для русского западника-азиата Запад - обетованная земля, манящий образ совершенной жизни. Запад остается совершенно внешним, неведомым изнутри, далеким. У западника есть почти религиозное благоговение, вызываемое дистанцией. Так дети относятся к жизни взрослых, которая представляется им удивительной и соблазнительной именно потому, что она совершенно им чужда... В радикальном западничестве русской интеллигенции всегда было очень много не только совершенно русского, чуждого Западу, но и совершенно азиатского... Вот от этого азиатства пора бы освободиться русскому человеку, культурному русскому человеку".

Н.А.Бердяев

"Великий вопрекист"...

Многие ли смогли прожить так, как они хотели? Как грезилось в детских мечтах. Детские мечты они как правило чище, естественнее, чем мечты взрослых. В детских мечтах есть искра, из которой либо может что-то разгореться, либо она тухнет под грифом - "невозможно".
Многим ли удалось воплотить в жизнь сокровенное? то, что делает нас самих и делает мир вокруг нас.
Взрослого человека, скорее делает то, что вокруг него. Оставаться верным принципам и идеалам, дорогого стоит. Отказ от них, дается тоже не дешево. Но множество людей, о таких вещах вообще не задумываются... человек, по обыкновению, выбирает из имеющихся вариантов. А если отказывается от имеющихся, т.е. его они не устраивают, то утыкается в дверь, на которой он видит вывеску - "опасно для жизни". И ведь действительно опасно, потому что за этой дверью безграничность вариантов, из которых нужно выбрать верный, и утвердить его в этом мире, проходя через непредсказуемости. Всегда лучше следовать тому пути, по которому уже проходили. Идти проторенной дорогой. А ещё лучше ехать по проложенному до тебя шоссе, с ветерком. К конечности.   В целом же, человек выбирает из того, что поощряется, или вызывает зависть, а это умение приспособиться, найти свое место в жизни. Это называется - умение жить. А жить вопреки - это не умение жить, это умение идти против установленных порядков, которые в своей основе неверны, порочны, искажены, как в кривом зеркале. Весь мир искажен. Он как бы расколот на множество частей, и в каждом осколке отражается чья-то жизнь. Мир пародия на цельный божественный образ. Идти против искажений этого мира, значит идти против всех, кто нашел в нем свое место, кто в нем прижился, кого он устраивает в том виде, в каком они к нему привыкли. Смотреть на вещи в их подлинном смысле, значит собирать осколки в целое. В поисках отражения вечности...
И кто-то скажет, - "он живет так, как он хочет, а я нет". И поставит ему это  в вину. И пойдет тем же путем...



Люди живут в социальных система, которые в значительной степени определяют их. Когда-то Аристотель определил человека как "зоон политикон". Часто это ошибочно переводят как "существо политическое" — ошибочно, потому что во времена Аристотеля политики в строгом смысле не было, это новоевропейский феномен. Аристотель определял человека как "существо полисное". Т.е. вне системы полиса человека как такового нет. Здесь мы подходим к кардинально важному вопросу философии и истории: исчерпывается ли человек конкретными, частными системными характеристиками общества, в котором живёт или есть нечто, что в эти рамки не укладывается, что делает человека нетождественным самому себе? Иными словами: человек — это только совокупность всех его социальных связей (т.е. индивидуальный слепок социальной реальности, социальный индивид) или нечто большее?

статья  А. Фурсова  "Великий вопрекист"

Об инаковости и пяти вратах... (размышления на заданную тему)...

Когда мы говорим об отчужденности и отграниченности, то этому есть две причины: 1-я - осознать свою особенность; 2-я - изучить себя вне влияния окружающей среды.
Если говорить об инаковости, как о феномене современности, то здесь можно зайти очень далеко и ничего из этого не понять. Иные это животные, ангелы, демоны, драконы, жители других измерений, инопланетяне, феи и оборотни, и те ,кто никак себя не классифицируя по жизненной своей философии отличается от большинства, к примеру: врач отличается от менеджера не профессиональной деятельностью, (это и так понятно), а мотивацией, пониманием процессов, шкалой приоритетов и т.д.. Менеджеров больше чем врачей, поэтому врач по отношению к менеджерам - иной.

Картинка 1 из 385
 
 


Как мы пониманием, что мы другие? Мы это улавливаем извне своими сенсорами. То есть информация поступает через пять органов чувств из окружающей среды. Поступает именно как информация, а не как чувства. Органы, это не чувства, органы - это врата. Два основных органа восприятия, это зрение и слух. Но это не чувства, это преобразователи. Сначала мы воспринимаем сухую информацию, точную сводку. Потом уже мы преобразуем эту сводку в чувства, оценки, суждения. Собственно, чувственное восприятие на уровне эроса доступно даже животным. Биологически, человек - животное (форма+инстинкты), но у него есть разум, дополнительные врата в мир души. Пять чувств - зрение, слух, обоняние, вкус, осязание. Из них вкус, обоняние и осязание, больше проявляют себя на нижних ступенях развития, чем выше, тем меньше они нас впечатляют. Когда человек стремится к знаниям, к пониманию процессов, он в основном использует глаза и уши, смотрит и слушает. Всё остальное, проявляет себя на уровне образов и сновидений, и совершенно не обязательно задействовать в этих процессах свою биологическую оболочку. Отсюда вывод, что все наши чувства, это набор впечатлений, представлений и оценок, которые не имеют к нашему телу непосредственного отношения. Тело это набор, зон подключения, инструмент восприятия и передачи, извне внутрь и изнутри вовне.
Поэтому все оценки инаковости не более, чем наиболее доступное определение. Всё отличное от нас - иное. И это либо интересует и влечет, как предвкушение удовольствия и удовлетворения, либо вызывает антипатию и отторжение, т.е. создает ощущение враждебности. Ту или иную оценку объекту мы даем в соответствии с имеющимся в наличии опытом и доступными знаниями.
Есть свойства подобные, есть свойства отличные, можно это как-то оценивать, а можно воспринимать как есть, без оценки. Но без оценки человек не может, потому что есть пять врат, можно даже сказать пять утроб, которые требуют пищи, наиболее грубые из них (обоняние, осязание, вкус) наиболее тонкие(зрение, слух). Соответствующие врата связаны с соответствующим накопленным опытом-знанием, который требует подтверждения, наполнения, удовлетворения.
Всё что выше феномена личности познается в большей степени через зрение, слух, всё что ниже, в большей степени через обоняние, осязание, вкус.

Так вот, когда мы хотим определить себя, т.е. классифицировать по уровню развития, мы отграничиваем свой разум от мира чувств. потому что всякому чувству есть аналог выше. И всей этой совокупности чувств есть самый высокий аналог - полнота восприятия. Не дискретный, т.е. непрерывный, цельный, но уже не образ, это уже что-то из области пространственного восприятия. Это уже не фрагментарное восприятие, а восприятие ретроспективно-перспективное. Цепочка не прерывается. Всё воспринимается единой лентой, не просто горизонтально, или трёхмерно, но и многоступенчато-пространственно.
К примеру, у существа которое стремится расширить свое сознание, основной смысл существования заключается именно в постижении такой модели восприятия. В связи с чем интересно бы знать, кому такой объект не покажется странным, инакомыслящим, инаковидящим, инакослышащим, инаковоспринимающим... Чем меньше вокруг такого сорта объектов, тем большее количество объектов другого сорта будут считать этот объект иным, чем они сами. Потому что подобие объекта, распознается по подобию свойств. Если в арсенале опыта объекта есть подходящая оценка, то он как-то этот объект классифицирует, если нет, то будет подгонять под свое восприятие. Некоторые упорствуют в этом, некоторым вообще всё равно, потому что они не знают, что это за свойства. Они вне поля восприятия. Когда кто-то чего-то не видит, то естественно он может сильно ошибиться в оценке объекта или не оценить в этом смысле его никак.
В общем, больше не буду мудрить, поскольку человеческий язык ограничен, но в целом - как-то оно вот так:)