7slov (7slov) wrote,
7slov
7slov

Жизнь, как трагедия....

Вникать в чью-то трагедию, не каждому по силам, по воле, по духу, по нутру. Потому что вникать в трагедию – погружаться в ад.
Если трагедия заключается в болезни, то это ещё как-то понятно, и то, найдется немного желающих помочь. Повздыхать, вроде бы как посочувствовать: «Слава богу, у меня не так» – да; перекреститься: «Чур меня, чур, как бы не подлипло», – тоже. А вот помочь, это редко. Если только сам прошел через подобное, или из памяти подобный опыт не истерся. Но если болезнь, явление довольно распространенное, и в такую трагедию вникать всё же благородно, то в сложную жизнь вникать, это уже из области осудить, найти причину «за что же бог наказал». Потому что сложная жизнь, она сложна для осмысления, и её сложность всегда для обывателя трагична. Потому что финал такой жизни, часто трагичен. Бывают отдельные исключения, но я не о них, я о трагичных судьбах. Если только по прошествии времени, коллективно, такие явления всё же осмысляются и как правило человек причисляется к лику святых или достойнейших. Но это уже после того, как человек убит или оплеван.
Если явление безапелляционно отрицается, отбрасывается, как недостойное осмысления, то как-то сразу становишься его адвокатом. Но когда оно ставится на божничку, то от этого становится не по себе, потому что, ни тот, ни другой подход не отличается объективностью. Во всяком случае, я так считаю. Поэтому либо адвокатом, либо упразднителем святости. Но никогда судьей. Потому что сам ел…
Если съедаешь большой кусок мяса, после того, как воздерживался от него длительное время, то может начать мучить нехорошее ощущение: желудок плохо варит, организм напрягается и протестует, и как-то само собой приходит угрызение совести, не в том даже что ты ешь чужое мясо, а этим мясом травишь свой организм. Но если ешь мясо регулярно, то вряд ли в один день сможешь от него отказаться. Организм всё время требует свежего мяса, и от овсянки чувство голода не проходит. Вот так и в жизни, не согрешишь, не покаешься, а дабы покаяться надо, чтобы прошло время, в границах которого не было соблазна, а то и принуждения, питаться чужим мясом. А если повсюду трясут свежим мясом, и вид крови только возбуждает аппетит, (что считается признаком здоровья), то жестокость входит в естественный порядок вещей и считается показателем силы. Другими словами, бывают времена, которые диктуют условия: Хочешь хорошо жить? Ешь мясо. В противном случае, тебя придется скормить другим. Или сам скормишь в процессе жизни. Таковы условия.
Это всё верно лишь до тех пор, пока человек не доходит до предельной точки, где его сущность отказывается есть мясо, а позже отказывается кормить своим мясом других. Причем это уже на грани жизни и смерти. Когда человек отрицает предоставленную реальность, он отказывается верить в то, что эта реальность реальнее какой-либо другой реальности, а то и менее реальна.
Если человек опережает самого себя и не пройдя через трагедию отрицает эту реальность, то значит, он не очистив сознания переходит в другой мир. Это может иметь непредсказуемые последствия. Потому что понятное дело, сознание не очищенное от скверны этого мира, фактически несущее в себе свойства этого мира не приживется в среде другой материальной плотности. Это лишь попытки прорыва в иное, минуя трагедию изживания свойств присущих этому миру. Поэтому изживать их следует в этом мире, и очищаясь, естественным путем переходить на качественно новую ступень. Переход начинается тогда, когда мы наделяем себя свойствами иного, но мы должны подтвердить эти свойства всей жизнью, доказать, что мы достойны нового звания. Это, как правило, человека и отпугивает. Потому что неизвестно насколько трудным окажется этот путь.
Мы тут разговорились с одним человеком на эту тему, и он мне сказал: Раньше за это рубили головы, жгли на кострах, подвергали пыткам. В начале советских времен за это расстреливали и ссылали. Хотя, впрочем, не только за это и не только этих, но и тех, кто вчера строчил доносы.
Ну да: Лес рубят – щепки летят. И так во все времена.
А теперь мол, никому головы не рубят, на кострах не сжигают, пыткам не подвергают. Пыткой становится сама жизнь, сама система. И этого всё равно боятся, и всё равно опасаются, и не идут. Препятствия и противодействие. Оно работает само по себе, если нет палачей на земле, есть палачи в Мире. Есть ад, есть мучимые и есть мучители. Другими словами ада в той или иной его форме не избежать, поскольку есть стремление к раю, смерти тоже не избежать, поскольку есть жизнь. И хорошо, если платим за рай, а то ведь обычно, просто становимся заложниками существования, существующих условий. Это ли счастье? то ли это, за что стоит держаться? и стоит ли держаться вообще?

(Продолжу…)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments