7slov (7slov) wrote,
7slov
7slov

Несколько мыслей...

С годами престаешь делать центральной точкой собственную удовлетворенность, и такие вещи как чувственная привязанность, самоутверждение, материальные предметы и деньги не являются мотивацией к тому, чтобы что-то делать, или стремиться. Хочется большего. Хочется подлинного. Оно, это большее, почти никак не пересекается с личностными пристрастиями и общепринятыми схемами действий, да и пристрастия размываются, теряют четкие контуры. К примеру, для обывателя желание привлечь к себе внимание с помощью материальных предметов или определенного поведения это сам по себе уже достаточный мотив чтобы приступить к действию, для человека перешагнувшего через убеждение, что материальное гарантирует тебе всё остальное, а твое поведение определяет отношение к тебе окружающих, это не причина чтобы стремиться к умножению материальных благ или стремиться вести себя определенным образом. Но в то же время человек, конечно, осознает, что материальное это инструмент достижения целей в этом материальном мире и поступки, как средство взаимодействия – тоже; но сами цели намного выше материи как таковой. И пока идея не обрела цельность, пока она не ясна во всех деталях, ты не можешь приступить к её реализации. Дело даже не в ответственности перед человечеством, т.к. у всех свои задачи, дело в большем, в понимании, что недоразвитая идея породит такой же недоразвитый план действия, а такой план не приведет к нужному результату. Когда поднимаешься выше, счет идет не на время, а на точность выполнения поставленной задачи. И становится не важным то, когда мы это сделаем, главное прилагать к этому все силы и не сворачивать с выбранного пути добросовестно выполняя промежуточные задачи. Потому что и цель-то поставлена не личная, и касается она не нас лично. А поэтому нет того страстного горения в достижении желаемого. Оно конечно желаемо, но это желание от мирского отличается так же как чувственное от совершенного, как привязанность от приверженности, как обещание от осознания долга, как очарованность от убежденности, как влечение от постоянства, как вожделение от правильной оценки объекта, как страх от веры, как наитие от знания. Люди пользуются способами воздействия чаще всего далекими от истины, другими словами нет ни одного способа повлиять, чтобы не внести в структуру другого существа или механизма – разлад, т.е. так или иначе не нарушить его. Но в то же время нет способа, который бы не содержал в себе хоть частицу истины. Люди призваны воздействовать друг на друга, поддерживать или разрушать друг друга; в этом, в общем-то, и состоит смысл взаимодействия существ. Человек часто ищет смысл в вещах, не имеющих по большому счету смысла, как то разнообразные чувственные переживания. Но это всё лишь начало взаимодействия. Если бы человек не был подвержен чувственному воздействию он бы вообще не шел на контакт, потому, что никто не хочет чтобы разрушили то, на чем он привык стоять, и в чем он уверен. Очень мало людей обладающих в качестве основы своего мировоззрения любовью и соучастием, как в общем-то не так много таких для кого обычным состоянием является холодность и ни во что неверие. В основном человек живет чувствами отрицательными или положительными, по этой причине никто не может быть объективен. С годами понимаешь, в чем бы ты ни устоялся, ты не можешь считать себя абсолютно правым, но и совершенно не правым ты считать себя тоже не можешь, потому, что и это не будет правдой. Пропадает такая вещь как зацикленность на какой-то одной точке зрения, пусть даже она вполне удобна и комфортна. Нет опоры в личной правоте, но и нет падения с пьедестала этой личной правоты, на всё начинаешь смотреть аналитически и критически и на свои пристрастные суждения в том числе. Смысл взаимодействия с другими существами состоит в том, чтобы расшатывать свои застывшие представления и представления других. Нет, человек в своих методах воздействия далеко не всегда прав, и может быть даже не стоит искать смысла в том каким образом и на какую часть твоей души или сознания конкретно человек воздействовал. Всё к чему он был призван это разрушить застывшее, а далее смысл один – собрать структуру заново отбросив то, что подвергает её опасности разрушения. Главное самому разобраться и обнаружить несправедливость и ошибочность некоторых составных элементов. Для пущей действенности любого механизма воздействия всегда стоит открываться, не важно чему и пусть даже видишь все несовершенства механизма воздействия, главное не защищаться, потому, что защита здесь неуместна, защищаться тут не от чего, а если и защищаться, то это будет означать защищать свою личную уверенность в своей правоте. Но правота не защищается, если она правота, она убеждает безоговорочностью. И сколько попыток разрушить её не предпринимай, а разобьешься сам, т.е. однажды аргументы рассыплются перед лицом несомненности и бесспорности. Ни один человек не обладает абсолютной правотой всегда и во всем, у каждого свои слабые с точки зрения истины места, и вот эти самые места мы разрушаем друг у друга. Кто-то, конечно, упорствует в том, чтобы просто уничтожить противное ему мировоззрение и не выбирает средств, борясь с его носителем, но и здесь мы испытываемся на приверженность истинным устремлениям и умертвляем свои слабые места посредством разрушения застывших представлений, а натиск со стороны противоборствующего мышления лишь чужеродные элементы внешнего воздействия.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments