7slov (7slov) wrote,
7slov
7slov

Такая тут традиция...



Поколение дворников и сторожей
Потеряло друг друга в просторах бесконечной земли
Все разошлись по домам
В наше время, когда каждый третий-герой
Они не пишут статей, они не шлют телеграмм
Они стоят как ступени,
Когда горящая нефть хлещет с этажа на этаж
И откуда-то им слышится пение
И кТО я такой чтобы говорить им, что это мираж
***
Мы молчали как цуцики пока шла торговля всем, что только можно продать,
Включая наших детей
И отравленный дождь падает в гниющий залив
А мы все еще смотрим в экран
Мы все еще ждем новостей
И наши отцы никогда не солгут нам,
Они не умеют лгать
Как волк не умеет есть мяса
Как птицы не умеют летать
***
Скажи мне, что я сделал тебе, за что эта боль
Но это без объяснений
Это видимо что-то в крови
Но я сам разжег этот огонь,
Который выжег меня изнутри
Я ушел от закона
Но так и не дошел до любви
Но молись за нас, молись за нас
Если ты можешь
У нас нет надежды, но этот путь наш
И голоса звучат все ближе и строже
И будь я проклят если это мираж


Оригинал взят у pessimist_v в Такая тут традиция

Возможно, ни одна страна не производила над собой такого количества экспериментов, как наше дорогое отечество. И экспериментов не каких-то там второстепенных, а вполне глобальных, с отрицанием всего, что было до эксперимента: вер, устоев, морали, надежд и пр. В этих экспериментах горели и люди, и мебель, и память. И стены тоже горели. Такое национальное (иррациональное по виду) самосожжение, связанное с огромным страданием, что-то дало и дает до сих пор коллективной «русской душе» и нашему упорному народу. Но и многое забирает, например, приверженность к любым базовым ценностям, уже столько раз порушенным и скомпрометированным. Русский человек стал прожженным релятивистом, отовсюду ожидающим обмана и подставы. От государства в том числе.

Короче говоря, за последние сто лет в непосредственно касающейся нас истории отсутствовала питательная среда для оптимизма и доверия к хорошим словам (тем удивительнее, что и доверчивость и определенный оптимизм в народе всегда сохранялся).

Сейчас, может быть, что-то меняется, но с каким скрипом, с каким сопротивлением, особенно со стороны «просвещенной общественности», железно убежденной, что «чумазый играть не может», что ненавистное отечество всегда во всем виновато, что оно не доросло жить своим умом, погрязло в неразрешимых проблемах, которые только растут… – и потому над ним надо ставить еще один эксперимент (не жалко же!), по превращению уродца во что-нибудь приятное на вкус «просвещенной общественности». К тому же обнадеживающая конфронтация с Западом, который всегда прав, а, главное, сильнее, – живо напоминает ей конфронтацию с ним же времен приснопамятного Совка. Отчего «просвещенная общественность» испытывает мрачное удовлетворение, разумеется.

К сожалению, в окружающем нас пространстве очень хорошо научились ненавидеть, виртуозно и профессионально, – и очень плохо научились любить. Эксперименты – это инструмент фанатиков, которым не до любви. Так тут повелось. Такая тут традиция.

Tags: Б. Гребенщиков, Россия, внутренние противоречия, жизненная философия, национальные особенности, перерождение, переходный период, психологическое, птица Феникс, социодиагностика, традиция и преемственность
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments